— Ох, мама, — плакала Вера.
Она смотрела на дорогого человека и понимала, что ничем не может помочь.
…Роза и Михаил были счастливы. Молоды, полны сил и планов. Любовь — взаимная, счастье — бесконечное. Они поженились, будучи совсем молоденькими: только институт окончили. Родители помогли приобрести отдельное жильё. Всё складывалось, как нельзя лучше. Нашли работу, потихоньку встали на ноги, даже смогли начать откладывать деньги — мечтали машину купить. Через некоторое время купили. И стали мечтать о детях.
Вот с этим было всё не так просто. Не складывалось никак. И со здоровьем всё хорошо было, а вот никак. И куда только не обращались! Мама Розы даже к «бабке» ездила. Та дала ей какой-то травы. Роза пила с ними чай целый месяц, да всё без толку. Да ещё Михаил не одобрял такое, называл «мракобесием», ругался:
— Отравишься ещё! Что за трава-мурава?! Выкинь лучше!
Но Роза плакала. Она надеялась на чудо. Но чудо не происходило. И становилось понятно, что и не произойдёт.
Тогда решили супруги взять малыша из детского дома. Долго думали, обсуждали этот вопрос и решили, что совершенно точно оба этого хотят. И трудности их не остановили.
![](http://www.zadumka.org/wp-content/uploads/2022/11/брошь-стрекоза-мал.jpg)
Собрали бумаги и стали ездить по детским домам. Приглянулась им одна девочка, Вера. Ей было шесть лет. В детском доме пробыла совсем мало, три месяца. С матерью малышки произошло несчастье, а других родственников у неё не нашлось. Может и нашлось, да отказались они брать девочку.
Удочерили. Вопреки опасениям, которые, конечно, были у Розы и Михаила, Вера адаптировалась хорошо. Она росла очень доброй и смышлёной. А ещё очень любила всем помогать. Вплоть до того, что муравью соломинку помочь донести. Всех жучков червячков погладит, приголубит. Когда птиц крошками на улице кормила, то один раз даже подралась с мальчишкой, который их пугал. Пришла домой с синяком. Роза ахнула даже: как так? А Вера объяснила, что птицы беспомощные, разве можно их гонять? Кто им поможет? У них и так врагов полно. Ворона вон, тоже голубя в луже топить пыталась. И Вера отстояла, прогнала наглую птицу.
Роза только руками разводила. Переживала, что из-за своей доброты Вера сама в беду может попасть. Но её было не переделать…
А спустя три года, как взяли в семью Веру, Роза забеременела. Она даже не поняла сначала, хочет ли она этого, до того разуверилась уже. А Верочка столько счастья в дом принесла своим появлением, что и не думалось больше ни о чём, не мечталось!
УЗИ показало двойню. Михаил ходил гордый, всем говорил, что Розочка у него молодец, просто чудо. И подумывал о приобретении более просторного жилья. Шутка ли — трое детей скоро будет. Беременность протекала легко. В срок и без осложнений родились близнецы: два миниатюрных крикливых малыша.
Верочка не ревновала. Наоборот сразу же взялась помогать маме. А близнецы росли вредными и избалованными. Слушались только отца, а из матери и Веры верёвки вили. Учились плохо, едва на тройки, а когда и вовсе двойки получали. И Вера помогала им, пыталась объяснять домашнее задание. И даже иной раз за них решала, подделывая кривой почерк братьев. Она очень жалела мать, которая каждый раз расстраивалась, видя очередную двойку, вот и помогала, чем могла. Потом и на родительские собрания ходила, чтобы мама не грустила, выслушивая про шалости братьев. Она была уже взрослой, ведь когда окончила школу, сорванцам было по десять лет. Хулиганили они ужасно, уроки срывали.
Вера же поступила на бюджет. Знала, что на платное у родителей денег нет, потому и готовилась, старалась. Она вообще с малых лет привыкла рассчитывать только на себя. Специальность выбрала: преподаватель английского языка. Языки ей давались хорошо.
Братья окончили школу, кое-как. Михаил «приткнул» их в училище. Рассчитывал, что сможет потом как-нибудь пристроить, знакомых у него много было, лишь бы специальность приобрели. Выучились кое-как. А потом в армию пошли. А когда вернулись, то решили отдельно жить. Собрали свои вещи, и ушли на съём.
Роза радовалась. Считала, что за ум взялись дети. Армия воспитала их. А потом выяснилось, что ни за что они не взялись. Работать не хотели, перебивались случайными заработками, а иногда и незаконными. Затевали разные аферы в интернете. И чтобы родители и Вера над душой у них не стояли, сняли квартиру, подальше от них.
Отец, когда узнал случайно про их делишки тёмные — слёг. Вера с Розой все глаза выплакали, ухаживали, по врачам возили, но ему всё хуже и хуже. А потом не стало Михаила. Быстро как-то произошло. Никто и понять не успел. Совсем недавно человек был полон сил и здоровья, по врачам никогда не бегал, а тут…
А братья кредитов тогда как раз набрали. Ничем не помогли даже Вере и Розе. Они и не участвовали совсем. Те сами крутились, всё организовывали. Да ещё коллеги с работы Михаила хорошую сумму собрали. Тем и обошлись.
Несколько раз потом Вера ездила к братьям, звонила, пыталась образумить их. А они её всегда выпроваживали.
— Святоша! Иди отсюда! Без тебя разберёмся. Не посадят нас, не бойся. Для этого нас найти надо, вычислить. А мы аккуратны. Не лезь. Иди к матери. Всё нормально будет.
А Вера именно за мать и переживала. Не за братьев. Мать было жалко. Те не соображают, что творят, думают, что самые хитрые на свете, всех перехитрили, но ведь это не так! Сколь верёвочке не виться… И случись что — мать просто не вынесет.
Прошло пять лет. Ничего не случилось. Братья по-прежнему проворачивали свои махинации и имели неплохой доход, которым, впрочем, не спешили делиться с родными. Они купили себе квартиру. Зарегистрировали ИП, пытаясь сделать вид, что всё законно. И вообще организовали свой «бизнес» на широкую ногу.
А Роза слегла. Она и так уже ушла с работы: здоровье её становилось всё хуже. А потом совсем слегла. Вера работала на дому, чтобы иметь возможность ухаживать за ней. Ушла из школы, где преподавала английский, и остались у неё только онлайн занятия, которые она проводила с детьми. Конечно, они приносили доход, но его категорически не хватало: лекарства, оплата коммунальных платежей съедали много денег. Вера надеялась вылечить маму. Каких только не приглашала врачей! Верила и надеялась, но те разводили руками, а Роза угасала на глазах, пока один профессор, которого Вера нашла в интернете и пригласила домой на консультацию, не заявил, что они слишком поздно обратились. И можно было продлить мамины годы. И сейчас можно, но ненадолго. Только нужны лекарства и процедуры. Очень дорогие. Так как недуг достаточно редкий, его просмотрели. И теперь поделать уже ничего нельзя. Можно только поддерживать.
Вера плакала. Таких денег у неё не было. А Роза смирилась и наоборот была против. Лечиться не хотела, и тратить деньги на дорогие процедуры тоже. Ведь вылечить её было всё равно нельзя.
Тогда Вера поехала к братьям. Всё им рассказала, просила денег. Но они заявили, что не дадут. Зачем? Смысл продлевать мучения, если итог предрешен?
Вера вернулась вся в слезах. Матери не сказала, куда ездила. Но та уже и сама поняла. И только покачала головой.
Следующие полгода для Веры были очень тяжёлыми. Она совсем перестала спать, вымоталась, разрываясь между работой и уходом за матерью. Она сильно похудела, а под глазами её залегли тени. Но, как и сказал профессор, ничего не изменило итог. Мамы не стало.
Братья не приехали. Даже не проводили мать. У них возникли проблемы, как они ответили Вере, когда та звонила сообщить: суд был. Надо было явиться.
— Это ведь важнее! А матери всё равно уже, — равнодушно ответил брат и повесил трубку.
А потом, когда Вера сидела одна в непривычно тихой и пустой квартире, то раздался звонок. Открывает она дверь, а там братья. Квартиру, говорят, освобождай. Сдавать будем. А Вера молча показала им документы, в которых сказано было, что жилплощадь ещё давным-давно переписана на неё. Что тут началось!
— Ах ты, гадина… Ты же неродная! Мы знаем всё! Ишь! На наше добро покушаешься!
Вера удивилась. Она не думала даже, что братья знают. В семье никогда не заводили об этом разговоры. А они раскопали…
Поорали-поорали, но так ни с чем и уехали. У Веры всё законно было. Она давно приглашала нотариуса, мама настояла, когда только занедужила. Как она оказалась права!
Продала Вера всю мебель полностью. Сильно ей было горько от воспоминаний. И решила заново всё начать. Устроилась на работу, стала потихоньку забывать свои беды. Накопила денег, сделала ремонт потихоньку. Что-то сама делала, для остального мастеров пригласила. И мебель кое-какую приобрела, новую.
Личная жизнь у неё не складывалась. Сначала не до этого было. А потом уже привыкла. И решила Вера усыновить ребёнка. Вот прямо так в один миг ей пришло решение! В память о том, что её саму когда-то удочерили…
Собрала все документы, справки. Взяла малышку, девочку тоже, Лизоньку. Правда, большую уже, — десять лет ей было. У неё была очень несчастливая судьба и огромные грустные глаза.
А Вера считала, что у неё самой — счастливая. Ведь её удочерили хорошие люди, ставшие по-настоящему родными, подарившие ей дом и семью. А Лизонька — это как долг, отданный приёмным родителям, — считала Вера. И она пообещала себе, что постарается сделать её счастливой. Девочка во многом напоминала её саму в детстве и Вера хорошо её понимала.
А с братьями она не общалась больше. Пусть живут своей жизнью, — решила женщина. Однако спустя несколько лет они всё же напомнили о себе. Пришло письмо, с зоны: они всё-таки сели. Оба. Просили помочь. Но Вера и отвечать не стала даже.
— Что за письмо? Откуда? Кто они такие? — спросила Лизонька, заглядывая маме через плечо, когда та читала строки, написанные на тетрадном листочке в клеточку. Мама нахмурилась. А потом встала из-за стола и выкинула письмо в мусорку.
— Никто! Чужие люди,— ответила Вера, отмахнувшись, как будто отгоняя плохие воспоминания, и, улыбаясь, обняла дочку.
— Ты моя родная мамочка! Как я тебя люблю! — сказала Лиза и крепко-крепко прижалась к Вере.
Взято отсюда